Однако отмеченные взгляды к началу 60-х годов были оттеснены на второй план новой волной технократических настроений и почти на два десятилетия утратили свое влияние на массовое сознание. Причиной этого стал промышленный подъем, охвативший в послевоенный период практически все экономически развитые страны мира.

Перспективы общественного прогресса в 50 -60-е годы казались безоблачными для многих как на Западе, так и на Востоке. В общественном сознании утверждались технооптимистские настроения, создававшие иллюзию возможности решить любые земные и даже космические проблемы с помощью науки и техники.Эти позиции нашли отражение в многочисленных теориях, в которых целью общественного развития объявлялось «общество потребления». В это же время активно разрабатывались различные концепции «индустриального», «постиндустриального», «технотроннного», «информационного» и т.п. общества.

В 1957 г. известный экономист и социолог Дж. Гелбрейт опубликовал книгу «Общество изобилия», основные идеи которой он развил несколько позже в другой своей работе -«Новое индустриальное общество». В его произведениях, названия которых уже сами говорят за себя, давалась высокая и исключительно позитивная оценка научно-техническим достижениям человека, справедливо обращалось внимание на глубокую трансформацию экономических и социальных структур общества под влиянием этих достижений.

Еще более полное обоснование теория «индустриального общества» получила в работах видного французского философа Р. Арона, в частности в его лекциях, прочитанных в 1956 -1959 гг. в Сорбонне, а также в нашумевшей в свое время книге американского политолога У. Ростоу «Стадии экономического роста. Некоммунистический манифест», опубликованной в 1960 г.

По мнению этих ученых, под влиянием НТР «традиционное» аграрное общество сменяется промышленно развитым «индустриальным» обществом, где на первый план выходит массовое рыночное производство. Главными критериями прогрессивности такого общества становятся достигнутый уровень развития промышленности и степень использования технических нововведений.

Широкое внедрение компьютеров во все сферы общественной жизни породило новые теории «постиндустриального», «информационного» (Д. Белл, Г. Кан, Ж. Фурастье, А. Турен), «технотронного» (З. Бжезинский, Ж.-Ж. Серван-Шрайбер), «сверхиндустриального», «компьютерного» (А. Тоффлер) общества. В них основным критерием общественного прогресса выступали уже не технические достижения, точнее, не столько они, сколько развитие науки и образования, которым отводилась ведущая роль. Важнейшим критерием прогресса стало считаться внедрение новых технологий на базе компьютерной техники.

Так, видный американский философ и социолог Д. Белл, определяя контуры будущего общественного устройства, еще до появления Интернета говорил: «Я стою на том, что информация и теоретическое знание суть стратегические ресурсы постиндустриального общества. Кроме того, в своей новой роли они представляют собой поворотные пункты современной истории».

В качестве первого такого поворотного пункта он выделял изменение самого характера науки, которая как «всеобщее знание» в современном обществе стала основной производительной силой. Второй поворотный пункт обусловлен появлением новых технологий, которые, в отличие от технологий времен промышленной революции, мобильны и легко поддаются перепрофилированию. «Современная технология открывает множество альтернативных путей для достижения уникальных и вместе с тем разнообразных результатов, при этом неимоверно возрастает производство материальных благ. Таковы перспективы, вопрос лишь в том, как их реализовать», -отмечал Д. Белл, отстаивая технократические взгляды.